Падение темпов роста производства, связанное с низкой отдачей капиталовложений, продовольственный кризис 1962-1964 гг., усугубленные реформационной лихорадкой последних лет правления Н. С. Хрущева, привели экономику СССР в предкризисное состояние. Было свернуто начавшееся в 1962 г. обсуждение в печати основ новых экономических реформ, разработанных группой экономистов под руководством Либермана. Административные реформы заменили необходимые экономические преобразования. В этих условиях против экономического волюнтаризма Хрущева выступили хозяйственники-технократы, сплотившиеся вокруг своего лидера А. Н. Косыгина, поддержавшего решение октябрьского пленума ЦК КПСС 1964 г. об отставке Хрущева.
Конец 60-х и начало 70-х годов вошли в историю как «золотая» пятилетка Брежнева – период стабильности, высоких темпов экономического роста и кажущегося благополучия. СССР демонстрировал впечатляющие успехи в промышленности, науке и социальной сфере. Казалось, что будущее – за стабильностью, но за этой ширмой уже зрели первые признаки грядущего застоя.
Реформы Косыгина — Либермана. Даешь хозрасчет!
А.Н. Косыгин, став председателем Совета Министров СССР, возобновил попытки реформировать экономику. Основные аспекты реформ были изложены в статье профессора Харьковского инженерно-экономического института и Харьковского госуниверситета Е.Г. Либермана «План, прибыль, премия» и в его докладе «О совершенствовании планирования и материального поощрения работы промышленных предприятий», направленном в ЦК КПСС (1964-1965 гг.). Эти предложения были поддержаны А.Н. Косыгиным.
Суть реформ 1960-х, если вкратце, сводилась к следующему:
— ликвидировались органы территориального хозяйственного управления и планирования («хрущевские» совнархозы), а предприятия снова становились (как до совнархозов) основной хозяйственной единицей;
— восстанавливалось отраслевое управление промышленностью;
— сокращалось количество директивных плановых показателей с 30 до 9. Действующими оставались показатели по общему объему продукции в действующих оптовых ценах, важнейшей продукции в натуральном измерении, фонду зарплаты, общей сумме прибыли и рентабельности (как отношение прибыли к стоимости основных фондов и нормируемых оборотных средств), платежам в бюджет и ассигнованиям из бюджета, общему объему капиталовложений, по внедрению новой техники, объему поставок сырья, материалов и оборудования;
— расширялась самостоятельность предприятий: они стали определять детальную номенклатуру и ассортимент продукции, осуществлять инвестиции в производство за счет собственных средств, устанавливать долговременные связи с поставщиками и потребителями, определять численность персонала и размеры его материального поощрения. За невыполнение договорных обязательств предприятия подвергались жестким финансовым санкциям;
— за счет прибыли предприятия могли формировать фонды развития производства, материального поощрения, социально-культурного назначения, жилищного строительства и т.п. Причем использовать эти фонды предприятия могли по собственному усмотрению (в рамках существующего законодательства).
Одновременно в сельском хозяйстве закупочные цены на продукцию повысились в 1,5-2 раза, вводилась дополнительная государственная оплата сверхплановой продукции, снижались цены на запчасти и технику, уменьшался подоходный налог на крестьян. Вдобавок в начале 1970-х многоступенчатая система управления промышленностью была заменена на двух-, трехзвенную (например, министерство-объединение-предприятие; министерство-хозрасчетный комбинат-шахтоуправление).
Внедрение упомянутых механизмов позволило резко ускорить темпы экономического роста, социального достатка и промышленного экспорта. Но одновременно существенно повысилась самостоятельность предприятий и даже многих регионов СССР, что противниками реформ было расценено как угроза подконтрольности экономики и региональных («национальных») властей высшей партийно-государственной номенклатуре.
С 1965 г. стала проводиться хозяйственная реформа, задуманная еще в хрущевский период, но затем свернутая. Перед экономической реформой 1965 г. стояли те же задачи, что и перед хрущевскими преобразованиями: разрешение кризисных явлений советской плановой экономики. В первую очередь имелись в виду малая отдача капиталовложений и незавершенное строительство (долгострой), низкая производительность труда, отстававшая от роста зарплаты, плохое качество товаров и их недостаточный ассортимент, проблема трудовых ресурсов. Однако, в отличие от преобразований Хрущева, реформы, задуманные новым руководством, не должны были затрагивать политических основ общества, без крайностей предыдущего десятилетия. Не подвергались сомнению основные принципы советской социалистической экономики: государственный контроль над собственностью, централизованное планирование, контроль над показателями производства и т. д. Стержнем нового политического курса и хозяйственной реформы 1965 г. была идея долгосрочного и постепенного совершенствования социализма и курс на стабильность управленческих структур. Коренные экономические реформы не затрагивали социальную и политическую систему общества и не ставили под сомнение механизм партийного руководства.
Реформа Косыгина, проведенная в СССР в 1965 году, стала попыткой встряхнуть застойную экономику страны. Суть изменений в экономике заключалась в переходе к хозрасчету, что подразумевало более гибкое управление предприятиями и учет их финансовых результатов. Алексей Косыгин стремился повысить эффективность производства, улучшить качество товаров и увеличить заинтересованность работников в результатах труда.
Одним из основных элементов реформы являлась децентрализация управления, что позволило предприятиям самостоятельно определять объемы производства и цены. Нововведение должно было стимулировать конкуренцию между предприятиями и повысить их ответственность за результаты.
Однако реформа Косыгина столкнулась со множеством трудностей: старые партийные структуры не желали терять контроль, а многие руководители предприятий не были готовы к новым условиям. В результате, несмотря на определенные достижения, нововведение не смогло кардинально изменить экономическую ситуацию в стране, поэтому власть постепенно отказалась от реформы. При этом опыт Алексея Косыгина остается важным уроком о попытках реформирования централизованной экономики.
Скачок в промышленности и внедрение в нее рыночных отношений. Впечатляющие итоги!
«Золотая» пятилетка Брежнева, охватывающая 1966–1970 годы, стала периодом значительного экономического роста и развития промышленности в Советском Союзе. Этот этап характеризовался масштабными инвестициями в различные отрасли, что привело к резкому увеличению производства. В то время как традиционная плановая экономика продолжала доминировать, начали проявляться элементы рыночных отношений. Такой подход способствовал более эффективному распределению ресурсов.
Основные мероприятия реформы были введены в действие на протяжении 8-й пятилетки (1966—1970 годы). К осени 1967 года по новой системе работали 5,5 тыс. предприятий (1/3 промышленной продукции, 45 % прибыли), к апрелю 1969 года — 32 тыс. предприятий (77 % продукции).
На протяжении пятилетки фиксировались рекордные темпы экономического роста. В 1966 — 1970 годах национальный доход в СССР рос в среднем на 7,8 % ежегодно. Был осуществлён ряд крупных хозяйственных проектов (создание Единой энергосистемы, внедрение автоматизированных систем управления на предприятиях, развитие гражданского автомобилестроения и пр.). Высокими были темпы роста жилищного строительства, развития социальной сферы, финансировавшихся за счёт средств предприятий. Объём промышленного производства вырос на 50 %. Было построено около 1900 крупных предприятий, в том числе Волжский автозавод в Тольятти.
Реформа имела выраженный эффект разового привлечения резервов роста: повысилась скорость обращения в фазе «товар — деньги», уменьшилась «штурмовщина», увеличилась ритмичность поставок и расчётов, улучшалось использование основных фондов. Предприятия разрабатывали индивидуальные гибкие системы поощрения.
В рамках «золотой» пятилетки были внедрены новые технологии, модернизированы предприятия и значительно расширено производство товаров народного потребления. Увеличение объемов выпуска позволило улучшить жизнь граждан, повысить уровень благосостояния и создать новые рабочие места. В результате, экономика показала впечатляющие итоги: рост валового общественного продукта, увеличение экспорта и развитие новых отраслей, таких как электроника и химическая промышленность.
Этот период стал знаковым моментом в истории СССР, когда сочетание планирования и элементов рыночной экономики дало ощутимые результаты, оставив глубокий след в экономической политике страны.
Сворачивание преобразований. Нефтяной бум 1970-х вместо реформ!
«Золотая» пятилетка стала не только временем значительного экономического роста, но и стагнации. Эпоха Брежнева характеризовалась сворачиванием реформ, начатых Хрущевым, и укреплением бюрократического аппарата. Политика «развитого социализма» акцентировала внимание на стабильности, но это обернулось застоем.
Во второй половине 1960-х — 1970-е годы реформа подверглась критике «слева» со стороны группы учёных, авторов т. н. системы оптимального функционирования экономики (СОФЭ). К ним относились директор Центрального экономико-математического института АН СССР Н. П. Федоренко, А. И. Каценелинбойген, С. С. Шаталин, И. Я. Бирман, поддержанные академиком Г. А. Арбатовым. Авторы СОФЭ в качестве альтернативы реформе предложили создать конструктивную экономико-математическую модель социалистической экономики. Будучи альтернативой «описательной» политической экономии, СОФЭ должна была полностью вытеснить товарное производство, заменив его системой экономико-математического планирования и учёта. Впервые СОФЭ была представлена на научно-теоретической конференции Института экономики АН СССР в 1967 году. СОФЭ находила поддержку в ЦЭМИ, Институте США и Канады, аппарате ЦК КПСС. Оппонентами выступали Совет Министров, Госплан, Институт экономики АН СССР: профессора Я. А. Кронрод и Н. А. Цаголов, Л. И. Абалкин.
Несостоятельность СОФЭ была признана расширенным совещанием Госплана СССР с участием ведущих учёных-экономистов в 1970 году. Политизируя вопрос, сторонники СОФЭ ставили в вину Косыгину заигрывание с Западом, непростительные уступки ему, «предательство» социализма, «перетаскивание» на советскую почву чуждых народу идей, чем содействовали торможению и определённому затуханию реформаторских усилий.
В 70-х годах произошел нефтяной бум, вызванный ростом цен на нефть, что позволило СССР получить огромный доход. Эти средства использовались для поддержания социального благополучия и обеспечения населения товарами, но не стали залогом долгосрочных реформ. Бюрократия предпочитала поддерживать существующий порядок, вместо внедрения необходимых изменений в экономике и управлении.
Таким образом, нефтяной бум стал временной отдушиной, но не решил структурные проблемы. Застой, охвативший страну, спровоцировал недовольство и подготовил почву для будущих изменений, которые произошли в конце 80-х.
«Золотая» пятилетка стала яркой вспышкой перед долгим затишьем. За фасадом достижений накапливались системные проблемы: неэффективность управления, бюрократия, торможение инноваций. Страна вошла в эпоху застоя, не заметив, как успехи стали повторяться, а прогресс замирать. Период Брежнева остался в памяти двойственным символом: стабильности и упущенных возможностей.
Среди причин «захлёбывания» реформы обычно приводятся сопротивление консервативной части Политбюро ЦК (негативную позицию по отношению к реформе занимал председатель Президиума Верховного Совета СССР Н. В. Подгорный), а также ужесточение внутриполитического курса под влиянием Пражской весны 1968 года. По воспоминаниям заместителя Косыгина Н. К. Байбакова, особенно негативную роль играло внутриаппаратное соперничество между А. Н. Косыгиным и его замом Н. А. Тихоновым. Контрпродуктивными были разногласия между Совмином, Госпланом СССР, с одной стороны, и Министерством обороны — с другой. Маршал Д. Ф. Устинов выступал за постоянный рост военных расходов, против увеличения которых выступали Косыгин и Байбаков.
Неблагоприятным фактором для развития реформ мог также быть рост поступлений от экспорта нефти (так, открытое в 1965 году Самотлорское нефтяное месторождение было пущено в эксплуатацию через четыре года, а нефтяной кризис 1973 года поднял цены на нефть во много раз), позволивший консервативному крылу советского руководства маскировать экономические проблемы СССР, в частности покрывать дефицит продовольствия за счёт поставок по импорту: закупок кормового зерна в Канаде и мороженой говядины и китового мяса в Австралии.
А. Н. Косыгину приписываются слова, сказанные в беседе с главой правительства Чехословакии в 1971 году: «Ничего не осталось. Всё рухнуло. Все работы остановлены, а реформы попали в руки людей, которые их вообще не хотят… Реформу торпедируют. Людей, с которыми я разрабатывал материалы съезда, уже отстранили, а призвали совсем других. И я уже ничего не жду».
В ходе реформы в СССР была сделана попытка перехода к интенсивному экономическому росту, само понятие экономической эффективности (выраженное в показателе валовой прибыли предприятия) создало условия для дальнейшей децентрализации хозяйственной жизни и создания постиндустриальной экономики.
Наработки реформы 1965 года использовались при подготовке экономической реформы 1987 — 1988 годов, в том числе Закона «О государственном предприятии».