Весной 1985 года в Советском Союзе началась новая эпоха — перестройка. После избрания Михаила Горбачёва Генеральным секретарём ЦК КПСС в стране нарастала острая необходимость перемен. Экономика падала, производительность снижалась, социальные проблемы копились, а прежние методы управления переставали работать.
Начать перестройку решено было с «Ускорения». Ускорение – это первый этап перестройки, не очень радикальные экономические реформы, призванные ускорить существующую плановую экономику (а не перестроить ее на рыночный лад) с помощью внедрения достижений научно-технического прогресса, интенсификации производства.
Сам термин впервые был использован Ю.В. Андроповым ещё 22 ноября 1982 года на пленуме ЦК КПСС:
«Намечено ускорить темпы развития экономики, увеличить абсолютные размеры прироста национального дохода… Напряжённые задания должны быть выполнены при сравнительно меньшем увеличении материальных затрат и трудовых ресурсов.»
Термином «ускорение» обычно принято называть ранний этап горбачёвских реформ (1985 — 1987), когда принимаемые меры носили сугубо административный характер.
Целью проводимого курса было ускорение социального и экономического развития Советского Союза. По своей сути термин «ускорение» означал признание отставания СССР в развитии от ведущих промышленных государств и стран мира и являлся новой версией старого лозунга «догнать и перегнать».
Первый этап перестройки был ознаменован попытками ускорить развитие страны, обновить руководство и модернизировать систему. Однако уже на старте эти реформы столкнулись с серьёзными сложностями и противоречиями.
Потом были Антиалкогольная кампания, Перестройка, Гласность и Демократизация…
До конца СССР оставалось 6 лет…
Пленум ЦК КПСС 23 апреля 1985 г. Апрельские тезисы: «Так дальше жить нельзя»!
Поворотной точкой стал апрельский Пленум ЦК КПСС, состоявшийся 23 апреля 1985 года. На нём Михаил Горбачёв озвучил знаменитую формулу: «Так дальше жить нельзя.» Это заявление стало не просто политическим лозунгом — оно отражало реальное положение дел в стране. Экономический рост практически остановился, технологическая отсталость становилась всё более заметной, дисциплина труда падала, а моральный климат в обществе ухудшался.
«Задача ускорения темпов роста, притом существенного, вполне выполнима, если в центр всей нашей работы поставить интенсификацию экономики и ускорение научно- технического прогресса, перестроить управление и планирование, структурную и инвестиционную политику, повсеместно повысить организованность и дисциплину», — заявил генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев на пленуме 23 апреля 1985 г.
Горбачёв предложил курс на «ускорение социально-экономического развития» — первую ключевую концепцию перестройки. Упор делался на обновление производства, повышение эффективности, активизацию научно-технического прогресса и борьбу с бюрократизмом. Предполагалось, что ускорение позволит догнать и даже перегнать ведущие экономики мира. Тогда казалось, что система ещё способна на внутреннюю модернизацию без кардинального демонтажа социалистических основ.
В итоге всё пошло не по плану. Инвестиции в машиностроение, сельское хозяйство и другие сектора к реальным результатам не привели. Причинами историки и экономисты называют «системные ошибки в стратегии», «инвестиционные перекосы в выборе приоритетов», «противоречивый и неоднозначный набор средств достижения результатов». Сказалось и неэффективное исполнение на местах.
«Кадровая революция». Дорогу молодым!
Одним из первых шагов Горбачёва стала так называемая «кадровая революция». Новый лидер прекрасно понимал: без обновления управленческого аппарата любые реформы обречены на провал. Аппарат ЦК, министерства, республиканские и региональные структуры были переполнены консервативными чиновниками, воспитанными в духе прежних догм.
Михаил Горбачёв начал активно продвигать молодых, энергичных и относительно либеральных управленцев. На ключевые посты пришли такие фигуры, как Александр Яковлев, Николай Рыжков, Эдуард Шеварднадзе, Борис Ельцин. Они разделяли стремление к реформам и были готовы искать новые пути выхода из кризиса. Эта смена поколений в партийной и государственной верхушке должна была стать фундаментом для запуска экономических и политических изменений.
Однако кадровая политика Горбачёва вызвала и скрытое сопротивление старой гвардии. Внутри Политбюро сохранялось напряжение между сторонниками реформ и ортодоксальными коммунистами, опасавшимися потери власти и контроля над страной.
Антиалкогольная кампания. Сухой закон и его последствия!
Одной из первых и самых заметных инициатив нового курса стала антиалкогольная кампания, запущенная в мае 1985 года. Официально её цель заключалась в оздоровлении нации, борьбе с пьянством, снижении трудовых потерь и повышении производительности. В то время были закрыты винно-водочные магазины, уничтожались виноградники, резко сократился выпуск спиртных напитков.
Горбачев взялся за борьбу с пьянством, уровень которого в стране продолжал неуклонно расти, не обращая внимания на антиалкогольные меры. Ситуация и справедливость выглядела удручающей: к концу 1970-х годов потребление спиртных напитков в СССР достигло рекордного уровня за всю историю страны. Тогда как в Российской империи и в сталинской России потребление алкоголя не превышало 5 литров на человека в год, к 1984 году этот показатель достиг отметки в 10,5 литра. И это только зарегистрированные случаи, а если принять во внимание подпольное самогоноварение, то цифра может оказаться куда более пугающей – более 14 литров на человека в год. Это означает, что в год почти каждый взрослый советский мужчина, за исключением небольшого количества трезвенников, выпивал примерно 90-110 бутылок водки. Остальной алкоголь употреблялся в форме самогона, вина или пива.
Инициаторами компании выступили члены Политбюро ЦК КПСС Михаил Соломенцев и Егор Лигачев. Так же, как и Юрий Андропов, они считали, что из одной причины стагнации советской экономики стал общий упадок морально-нравственных ценностей советских людей, их халатное отношение к труду. Причиной этого, по их мнению, был повальный алкоголизм.
7 мая 1985 года началась подготовка масштабной реформы, которая предполагала сокращение производства спиртных напитков, числа мест их продажи и времени продажи. 16 мая 1985 года был издан указ Президиума Верховного Совета СССР «Усиление борьбы с пьянством и алкоголизмом, искоренением самогоноварения». Соответствующие указы были приняты во всех союзных республиках. За нарушение ограничений вводились как административные, так и уголовные наказания.
Новые меры были приняты для немедленного выполнения. В стране было закрыто огромное количество магазинов, торгующих ликеро-водочной продукцией (правда, во многих регионах комплекс антиалкогольных мер на этом и закончился). Цены на водку заметно выросли: если до начала массовой кампании популярная «Андроповка» стоила 4 рубля 70 копеек, то в августе 1986 года самая дешевая водка обошла уже в 9 рублей 10 копеек, «Андроповка» и вовсе исчезла с прилавков.
Магазины по-прежнему могли торговать спиртным, но в строгих рамках – с 14:00 до 19:00. Распивать алкоголь в парках, скверах и поездах было категорически запрещено. Тех, кого поймали пьяным на улице и в других общественных местах, ждали серьезные проблемы на работе. За распитие алкоголя на рабочем месте человека тут же увольняли с работы и даже из партии, что практически ставило крест на его жизни. По всей стране были организованы движения и общества трезвости, при этом в обязательном порядке должны были вступить в силу все члены партии. Вообще, к партийным предъявлялись особо жесткие требования по отказу от алкоголя.
Исчез и такой вид досуга, как и банкеты: ни диссертации по защите, ни назначение на новую должность больше не были подходящим поводом для празднования с употреблением спиртного. Стали проводить безалкогольные комсомольские свадьбы. Советский народ, как и ожидалось, отреагировал на жесткие меры шквалом частушек и прибаутков. Появились такие афоризмы, как «безалкогольная свадьба – первый шаг к непорочному зачатию», а Горбачева стала называться «минеральным секретарем» и «сокиным сыном», поскольку из винограда теперь делали не вино, а сок.
К пропаганде трезвого образа жизни были подключены профсоюзы, все системы образования и здравоохранения, все общественные организации и даже союзы писателей, композиторов и других деятелей культуры. Повсюду распространялись статьи о вреде алкоголя и о том, что пьянство не свойственно русскому народу. Партийная цензура безжалостно вымарывала сцены с алкоголиками из литературных текстов и песен, вырезались целые эпизоды из фильмов и театральных постановок.
На первых порах меры принесли некоторые положительные результаты: снизилось число бытовых преступлений, уменьшилось количество несчастных случаев на производстве. Однако почти сразу начали проявляться и негативные последствия. Государственный бюджет лишился огромных поступлений от продажи алкоголя, что усугубило финансовые проблемы. Резко выросло самогоноварение, процветала нелегальная торговля спиртным. Более того, кампания подорвала авторитет власти в глазах населения, поскольку затронула миллионы людей, привыкших к традиционной культуре застолий.
Антиалкогольная кампания быстро превратилась в символ чрезмерно директивных, непродуманных решений первого этапа перестройки. Вместо ожидаемого экономического и социального эффекта она принесла дисбаланс в бюджет, дефицит в торговле и рост теневой экономики.
Четырехсменка и Госприёмка. Латание дыр!
Продолжая политику ускорения, руководство страны внедряет ряд организационно-управленческих мер, направленных на повышение дисциплины и качества продукции. Одной из таких инициатив стала так называемая четырехсменка — перевод промышленных предприятий на непрерывный режим работы в четыре смены. Предполагалось, что таким образом удастся повысить выпуск продукции без серьёзных капиталовложений. На практике же нововведение вызвало усталость работников, снижение качества и организационные сбои.
Вторая крупная инициатива — создание системы Государственной приёмки (Госприёмки) в 1986 году. Контролёры Госприёмки независимо от заводских ОТК должны были проверять качество продукции перед её выпуском. Это была попытка бороться с формализмом, низким качеством и невыполнением государственных стандартов. В теории система могла бы повысить надёжность советских товаров, но в реальности Госприёмка зачастую дублировала функции прежних служб, перегружала бюрократию и не могла устранить коренные причины низкого качества: изношенное оборудование, дефицит материалов, устаревшие технологии.
Многие из этих мер носили характер временного латания дыр, не затрагивая основы плановой экономики, которая уже не справлялась с современными вызовами.
Первый этап перестройки — это время больших надежд и первых разочарований. Попытка ускорить развитие страны при сохранении старых экономических принципов привела к половинчатым мерам и новым трудностям. Кадровая революция обновила руководство, но не преодолела внутренних противоречий. Антиалкогольная кампания обострила социальные и финансовые проблемы. Организационные реформы вроде четырёхсменки и Госприёмки не дали ожидаемого эффекта. Уже к 1986 году становилось ясно: для выхода из кризиса требуются более глубокие и системные преобразования. Именно на фоне этих неудач и противоречий в ближайшие годы будет разворачиваться следующий, гораздо более радикальный этап перестройки, изменивший судьбу страны.