В 1941 году было много сражений, которые окончились для Красной армии разгромом и поражениями. К сожалению, понятие «котел» впервые появилось не в 2014 году на Донбассе, а в 1941-ом, когда советские войска попадали в грандиозные ловушки, а генералам приходилось сдавать огромные территории.
Так уж сложилось, что тема котлов 1941-го года не пользуется популярностью как у историков, так и в художественной литературе и кино. Не смотря на весь трагизм этой темы, стоит понимать, что солдаты и командиры в самой неблагоприятной обстановке проявляли невероятный героизм, и нам нужно это помнить.
Как СССР удалось не только выстоять, но и победить в неравных условиях? Начинаем цикл статей о трагедиях 1941 года – массовые и самые страшные «котлы» Великой Отечественной войны.
Белостокский котел. Задержать врага любой ценой!
Разумеется, советские генералы не планировали сдавать территории или отправлять войска в «котлы». Причины этой трагедии давно известны и изучены: просчеты на местах, переоценка собственных сил и недооценка возможностей противника. Громоздкая военная машина не смогла быстро развернуться, что повлекло за собой несколько крупных поражений.
Стоит напомнить, что Белостокско-Минское сражение оказалось для Красной армии самым разрушительным за всю историю войны. Задержать врага любой ценой – с таким посылом солдаты шли в бой, который продлился всего пару недель, с 22 июня по 9 июля 1941 года. Более того, весь мир уже поставил крест на СССР, когда немецкие дивизии группы «Центр» окружили целых четыре советских армии.
Колонны техники, военнопленные и разбитые автомобили – страшная картина на улицах Минска разразилась уже 2 июля. И тут нечего привирать, ведь операция оказалась успешной для немцев по всем позициям.
Изначально разработкой и реализацией операции занимался фельдмаршал Федор фон Бок, он же командующий группой армий «Центр». Конечная цель Москва, но до этого момента немцы планировали ударить по Белостоку, Минску и Смоленску со стороны Польши. К слову, историки говорят о том, что если бы советская армия не двинулась в Польшу, то немцы вряд ли смогли совершить успешное окружение.
Войска западного фронта 23 июня все еще продолжали развертывание по довоенному плану прикрытия госграницы (сосредоточение в районе Белостокского выступа), таким образом втягиваясь в готовую захлопнуться мышеловку. 23 июня командование фронта бросило в контратаки по флангам 3 мехкорпуса. Эти атаки задержали наступление врага, но выполнить поставленную верховным командованием цель, а именно, остановить наступление врага и обратить в бегство, она не смогла. После контратак мехкорпуса были потрепаны и значимой боевой силы больше не представляли.
В 12.00 26 июня летчики из авиаразведки фронта увидели колонну танков, на больших скоростях проходившую Слуцк в направлении на Бобруйск. Спустя четыре часа, в 16.00 того же дня, танковая колонная противника глубиной 10 км была замечена проходящей на восток в 5 км южнее Минска. Данный прорыв требовалось чем-то «затыкать», чтобы это сделать, нужны были войска, пусть даже из пасти тигра — надвигающегося окружения.
Однако отступление было осложнено особенностями местности Белоруссии. Во-первых, направление отступления пересекалось несколькими реками. Из их числа Зельвянка (100 км восточнее Белостока) и Щара (125 км восточнее Белостока) были окружены обширными болотистыми районами. Между долинами этих рек находились вытянутые в северном направлении высоты, которые постепенно переходили в равнину. Во-вторых, Неман образует на направлении отхода большую, выступающую в южном направлении излучину. В итоге полоса, пригодная для отступления, образовывала «бутылочное горло», сужаясь от, примерно, 55 км у Гродека до 25 км у Волковыска.
Дороги в «бутылочном горле» с запада и северо-запада стекались к Волковыску и примыкали здесь к главному шоссе. При быстром отступлении крупных масс войск здесь должны были неизбежно возникнуть многокилометровые «пробки». Это само по себе в условиях явного преимущества немецкой авиации в воздухе предвещало разгром отступающих полков и дивизий Западного фронта. Но выхода у Западного фронта не было.
В любом случае история завершилась не в пользу Советской армии. Третья танковая группа развивала массированную атаку на 11-ю армию со стороны севера и активно продвигалась вглубь СССР через реку Неман. Вторая танковая армия успешно прошла более 60 км и форсировала реку Буг 23 июня. Обе группировки должны были соединиться возле Минска, что позволило бы сковать войска Красной армии в огромный котел.
Конечно, были попытки контрнаступления, в частности со стороны 10-й армии, но они оказались безуспешными.
Новогрудский котел. «Папаша» Гот идет на Минск!
22 июня 1941 года 3-я танковая группа Гота пересекла советскую границу и вступила на территорию Литвы. Основная задача, поставленная перед Готом, отсечь с севера советские армии, расположенные в Белостокском выступе, и соединиться с танковой группой Гудериана в районе Минска, тем самым завершив окружение советских войск. Легко прорвав рыхлую оборону 11-й армии, занимавшей широкий фронт, немецкие танки вышли в советский тыл, где между ними и Минском в тот момент не было советских войск.
Легендарный генерал Павлов принял решение об отступлении 25 июня и это помогло сохранить жизни солдатам, которые находились за рекой Щара. В этот же период танковая группа немцев прорывает линию обороны Слоним. Ресурсы Красной армии истощаются, что позволяет немцам двигаться без особого риска.
25 июня, в то время, пока 20-я танковая дивизия пыталась прорвать заслон, выставленный 44 стрелковым корпусом, 7-я танковая дивизия обошла с севера заслон и 26 июня ее передовые части вышли к шоссе, ведущему из Минска на восток шоссе Минск — Борисов. По итогам дня 26 июня штаб Западного фронта отправил донесение в Москву в адрес народного комиссара обороны: «До 1000 танков обходят Минск с северо-запада, прошли укрепленный район у Козеково. Противодействовать нечем». Что интересно 44-й корпус докладывал в штаб о «1000 разных машин», что соответствует действительности, а в штабе они уже превратились в «1000» танков, которых у Гота не было!
Была ли это ошибка? Возможно, ведь именно отступление советских войск дало немцам огромное преимущество, оголив южную часть Минска. Примечательно, что спустя несколько дней после вторжения, немецкие войска 3-й танковой групп Гота смогла углубиться на советскую территорию до 300 км. Оставалось всего несколько дней до выхода к Москве…
Армия Гота действовала дерзко и целенаправленно. Совместно с остальными войсками фюрера они разбили остатки Красной армии на две части к 28 июня. Больше всего советских солдат находилось в районе Новогрудок, где располагалась 3-я и 13-я советские армии. Еще одна безуспешная попытка контратаки, огромные потери и закрытие крышки «котла». Несколько сот тысяч воинов оказались в окружении и были взяты в плен.
Минский котел. Самое тяжелое поражение Красной Армии!
Не даром именно это сражение считается самым тяжелым ударом для Красной армии.
Немцев не ждали. Как сообщает Гудериан в своих мемуарах, он накануне вторжения летал над пограничной полосой и не видел со стороны Советов никаких приготовлений. Там все было тихо и мирно; не видно было и советских самолетов. В Бресте играла музыка, а на крепостном плацу, готовясь, видимо, к параду, усиленно муштровали гарнизон, гоняя его церемониальным маршем. На берегу пограничной реки Буг не было видно ничего, кроме редких шалашей, сонной охраны, никаких дозоров и усиленного сторожевого охранения… Немудрено, что на другой день, при нежданной атаке немцев, советские войска были захвачены врасплох.
Танки Гота и Гудериана, перейдя границу и реку, сбивая на пути встреченное сопротивление, уже на 6-й день операции прорвались глубоко в тыл и с разных сторон подошли к Минску, где и соединились. Затем, выдвинув заслон к Березине, откуда советское командование хотело помочь войскам, расположенным у Белостока и Минска, Гот и Гудериан окружили противника и замкнули ядро армий Тимошенко в двух тактических котлах, причем в Белостоке была окружена меньшая часть, а в Минске большая.
Минск, столица Белоруссии, был взят гитлеровцами 28 июня. По воспоминаниям А. Микояна, Сталин был так потрясён этим, что в тот день сказал членам Политбюро: «Ленин оставил нам великое наследие, а мы, его наследники, всё это просрали…»
Несмотря на упорные бои, через неделю после начала военных действий, а именно 30 июня, Белостокская группа, лишенная снарядов, сложила оружие, а еще через неделю, 7 июля, сдалась и Минская группа после отчаянных, но бесплодных попыток пробиться.
Более 417 тысяч солдат и офицеров со стороны СССР, около 4.7 тысяч танков, почти 10 тысяч артиллерийских орудий и прочей техники. Немецкое командование отделалось относительно небольшими потерями.
Конечно, важно учитывать, что на Минск наступала группировка войска численностью до 750 тысяч человек. Эта битва заставила весь мир подумать, что СССР проиграл войну, но это было только начало величайшего в истории человечества сражения!